Обзорная кскурсия по Мюнхену
Целительница
Экскурсия в Резиденцию
Экскурсия в Немецкий музей в Мюнхене

В Москве Сергей Юрский ставит спектакль по пьесе Зиновия Сагалова «Полёты с ангелом» или образ Шагала

Вопросы и ответы: диалог между Зиновием Сагаловым — автором пьесы и Зиновием Сагаловым — журналистом.

Редакция русской газеты в Германии “Мюнхен Плююс” / “Германия Плюс” часто обращает внимание на творчество жителя Аугсбурга Зиновия Сагалова

http://literatura.germaniaplus.de/2012/05/25/zinovij-sagalov-plomba/
http://puzzle.germaniaplus.de/2012/11/12/novaya-kniga-zinoviya-sagalova/
http://literatura.germaniaplus.de/2012/09/21/vtoroe-dyxanie-zinoviya-sagalova/
http://www.germaniaplus.de/2010/05/13/po-motivam-legendarnogo-filma/
http://www.germaniaplus.de/2010/07/17/s-yuzhnyx-gor-do-zapadnyx-zemel/

—Почему Вы заинтересовались образом Шагала?
—Наверное, потому, что являюсь, возможно, отдаленным родственником великого художника. Ведь он записан при рождении как Мойша Сегал, в последующих документах—Мовша Хацкелевич Шагалов. Родился и жил он в Витебске, как и мой дед. Ну а если серьезно,то, очевидно, это объясняется моим давним интересом к жизни великих людей. Героями моих пьес были Т. Шевченко, И. Репин, Ф. Кафка, С. Бернар, А. Дункан, П. Чайковский…
В те годы, когда начиналась моя работа над пьесой «Полеты с Ангелом», его имя едва начало выходить из плотной завесы забвения. Не было ни альбомов его картин (их привозили из-за рубежа), ни монографий о его творчестве. Приходилось собирать материал по крохам. В Библиотеке иностранной литературы в Москве я наткнулся на сборник стихов М. Шагала на французском языке.

Сергей Юрский (слева) и Зиновий Сагалов. Фото из архива З. Сагалова.

Сергей Юрский (слева) и Зиновий Сагалов. Фото из архива З. Сагалова.

В этих коротких миниатюрах, написанных свободным стихом, я как бы почувствовал голос Шагала, исповедь его души. Это дало эмоциональный посыл, и свою пьесу я стал писать тоже свободным (или белым ) стихом. Забегая вперед, скажу, что С. Юрский, ознакомившись с пьесой, отметил, что именно в этом был определенный риск для постановщика и для театра. А Михаил Козаков, которому я ранее предложил эту пьесу, так прямо и сказал: «Она великолепна, но я не могу себе этого позволить. Пьеса в стихах—это не для нынешнего зрителя. А мне, извините, надо кормить семью».
Перворождение пьесы как спектакля произошло в 1997 году на сцене Харьковского театра им Т. Г. Шевченко, где образ великого художника создал корифей украинской сцены нар. арт. СССР Л. С. Тарабаринов. Пьесу эту играли и играют в Одессе и Витебске, Киеве и Минске, а также за рубежом—в театрах Штуттгарта и Тель-Авива. Готовится перевод ее на английский язык для постановки спектакля, адресованного американскому зрителю.
Огромной радостью для меня был звонок Сергея Юрского, когда он сообщил, что ознакомился с пьесой, она его «захватила», и он хочет приступить к работе над ней и для этого отказывается от других своих театральных проектов. А через некоторое время Сергей Юрьевич приехал ко мне в Аугсбург, чтобы кое-что уточнить и дополнить. В частности, ему хотелось добавить больше текста в роль Мамы и внести некоторые другие изменения.

—Когда писали пьесу, вы думали , что практически все мужские роли будет играть один актер?
—Нет. «Полеты с Ангелом»—дуэтная пьеса. В ней действуют Художник и Ангел, каждый из которых трансформируется в образы других персонажей. Это эстетика условного поэтического театра, где главным является слово. Но у режиссера свое право на истолкование авторского текста. И это в порядке вещей..
В спектакле Штуттгартского театра я увидел впервые свою пьесу в исполнении десяти-двенадцати человек. И это не вызвало во мне протеста. Так что к решению С. Юрского сыграть в спектакле 9 мужских ролей я был готов. Второе принципиальное постановочное решение Сергея Юрьевича заключалось в том, что на сцене, по его замыслу, должен практически все время быть оркестр—то это парижские уличные музыканты, то клезмерский ансамбль в витебских сценах.
—Каковы ваши впечатления от московского спектакля?
—В оформлении сцены все условно, просто, ни одной картины Шагала. Это не лекция о творчестве великого художника, мы рассказываем притчу, фантазию о гениальном мастере и фантазере.
Выразительными являются те немногие детали, которые присутствуют на сцене. Мольберт, грубо сколоченный деревенский стол и—главное—лестница, ведущая высоко и теряющаяся в небесах. Отсюда начинается спектакль. И по этой же лестнице в финале художник карабкается вверх, спиной к залу, и Бэла, его любимая, поднимается со ступеньки на ступеньку за ним .Это было здорово, зал рукоплескал, моя жена плакала. Вообще публика приняла спектакль потрясающе. В планах Юрского показать спектакль, кроме России, за рубежом. Так что надеюсь, что «Ангел» долетит и до Мюнхена.